Нэцкэ “Бог ветра Фӯдзин”

Нэцкэ изображает бога ветра Фӯдзин или Футэн. В живописи он обычно появляется вместе с богом грома Райдзин (Райдэн). Это, пожалуй, одни и самых старейших богов Японии. Они олицетворяют стихии, которые пугали людей, и которым поклонялись не только в Японии, но и по всему миру. В японских мифах и преданиях можно обнаружить описания богов. Фӯдзин являлся в окружении грозовых облаков, на его плечах лежал огромный мешок, в котором были собраны бризы, штормы и ураганы. Он выпускал ветры из мешка, насылая их на Землю.

Здесь Фӯдзин появляется из поднимающегося вверх кучевого облака в завихряющихся клубах и как бы опирается локтями на эти завихрения. Он напоминает демона они: у него оскаленная пасть, растянутая до ушей, раздутые широкие ноздри, на голове небольшие рожки. По изображениям в живописи, по описаниям в текстах мы знаем, что у него красные волосы, зеленый цвет кожи. Здесь мы это можем только представить. Он страшен, он должен пугать. Мастеру великолепно удалось передать ужасающую физиономию грозного бога.

Резчик, который сделал нэцкэ, – Ундзюдо Сюмэмару. Примечателен тем, что его имя появляется в книге, изданной в Осака в 1781 году Инаба Цурю Синъэмон. Это первый текст, в котором упоминаются резчики нэцкэ. Книга была издана торговцем, он продавал украшения для мечей, цуба, элементы сборки рукояти меча, и различные сагэмоно – «подвешенные вещи», в число которых входили чехольчики для очков, курительные наборы и, собственно, нэцкэ, служившие противовесом для крепления предметов на поясе. В семитомном издании шесть томов автор посвятил описанию цуба, и только в последнем томе остановился на резчиках Киото и Осака.

Книга предоставляет редчайшую возможность узнать хоть краткие сведения о людях, которые занимались резьбой нэцкэ в то время. Инаба выделил Сюмэмару тем, что поместил его вторым из пятидесяти четырех резчиков, и представил рисунки с работ мастера. Первым был Ёсимура Сюдзан – резчик, также проживавший и работавший в Осака. Он считается основателем осакской школы. Вторым был Сюмэмару. Что пишет о нем Инаба: живет и работает в Осака, настоящая фамилия неизвестна. В художественной традиции было принято брать творческие псевдонимы, это характерно и для художников, и для каллиграфов, и для резчиков нэцкэ. Инаба упоминает, что он был синтоистским священником.

В конце XVIII века профессиональных резчиков почти не было. Многие мастера занимались резьбой нэцкэ в дополнение к основной работе, часто это было хобби. Судя по книге, резьбой нэцкэ увлекались резчики масок, буддийской скульптуры, даже зубные техники. В данном случае синтоистский священник. Сюмэмару работал не «на рынок», он делал нэцкэ по просьбе знакомых. Уже Инаба отмечает, что вещей этого мастера сохранилось очень мало, именно потому, что он изготавливал их только для удовольствия, но не в качестве заработка. Каждое его произведение, имеющееся в коллекции, ценно именно своей редкостью. Сюмэмару работал в технике кидзибори – резьбе по дереву без окрашивания. Нэцкэ «Бог ветра Фӯдзин» вырезана из дерева, которое не несет следов грунтовки и каких-либо пигментов, как можно видеть в работах Ёсимура Сюдзан. Только легкая тонировка в углублениях.

Нэцкэ довольно большого размера – больше 9 сантиметров. Крупный размер характерен для вещей конца XVIII века. Если сравнивать нэцкэ конца XVIII и XIX веков, то разница в размерах очень заметна. Вторым признаком ранней работы является отверстие на задней стороне фигурки, которое называется химотоси. Химо – шнурок, тоси – от глагола тосу – продевать. Эти отверстия, соединенные небольшим каналом, использовались для того, чтобы вставить шнурок и спрятать узел в отверстие большего размера. Входящее отверстие всегда чуть шире, но на ранних вещах оно крупнее, чем в нэцкэ XIX века.

Сомневаться в подлинности нэцкэ нет никаких оснований. Мы гордимся, что в нашей коллекции есть такой редкий предмет. Вещи, которые были созданы в ранний период, производят впечатление скорее силы и мощи, нежели изящества и легкости. Вздымающиеся облака, поддерживающие фигуру бога, сделаны уверенными движениями резца, и свидетельствуют о том, что мастер великолепно владел техникой, заранее продумал композицию, легко воплотил свой рисунок в жизнь. Такая «решительная» манера резьбы подтверждает раннее происхождение нэцкэ.

При атрибуции и анализе нэцкэ важно учитывать совокупность разных признаков. Когда мы приобретаем нэцкэ, обращаем на них внимание в других коллекциях, мы пытаемся понять, насколько честна атрибуция, насколько провидцем оказался исследователь, который изучал эту вещь, и сумел ли он аргументированно датировать нэцкэ и подтвердить ее подлинность.

Анна Савельева
сотрудник Отдела Востока Государственного Эрмитажа, куратор коллекции японского искусства